Филипп Ролихин — один из молодых режиссеров, который успел попробовать себя в разных жанрах, работая как на телевидении, так и в кино. В числе его работ — несколько успешных комедийных проектов, включая «Комеди Баттл», «Битву дизайнеров» и культовое шоу «Такое кино», которые стали важными вехами в его карьере. Мы поговорили с режиссером о юмористических и о том, можно ли научиться удачно шутить.

— Филипп, с чего началась ваша история в режиссуре? Где вы постигали азы профессии?

— Мой путь в кино и на ТВ сложно назвать прямым и предсказуемым. В юности я получил математическое образование, и мои жизненные ориентиры были далеки от творчества. Переломным моментом стало увлечение КВН. Мы с друзьями начали сочинять шутки и выступать, и меня это невероятно затянуло. Затем последовал совершенно случайный шанс — мне предложили стать ведущим в детской телепередаче. Так для меня распахнулись двери в мир телевидения. Я начал с создания небольших сюжетов, потом генерировал идеи для детских программ, которые сам же и снимал на протяжении нескольких лет. Со временем мои наработки заметили, и последовало приглашение в масштабный юмористический проект.

— А когда вы увлеклись документальными проектами?

— С 2012 года я открыл для себя документалистику, снимал фильмы и докудрамы, где сочетались игровые эпизоды и реальные истории. Позже была работа над скетч-шоу, а затем многолетний цикл проектов для шоу «Такое кино». Все это время я параллельно писал сценарии полного метра, работал над реалити-шоу и другими форматами.

— Вы так не получили специальное образование?

- Относительно образования у меня двойственное чувство. Порой я сожалею, что не окончил профильный вуз, а в другие моменты понимаю, что это даже к лучшему. Взгляните на Квентина Тарантино — он ведь тоже самоучка. Это режиссеры, которые не имеют формального диплома, но обладают колоссальным багажом просмотренных фильмов и, что важнее, практическим опытом.

— Вы стояли у руля множества юмористических программ. Что, на ваш взгляд, помогает сформировать и отточить чувство юмора, подбирать шутки, которые зацепят аудиторию?

— Можно сказать, что моей школой в жанре юмора стал «Камеди Клаб Продакшн». Там работали невероятно мощные авторы, такие как Тимур Каргинов и Давид Цаллаев. Это были самые крутые сценаристы юмористического контента в России. Я старался впитывать их опыт. Все, что я делал потом, — это уже было на волне того юмористического заряда, который я получил во время работы с командой «Камеди Клаб Продакшн».

Развивать чувство юмора можно только одним способом — постоянно придумывать шутки. В нашей стране долгие годы лучшим тренажером был КВН. Сейчас палитра возможностей расширилась: можно пробовать силы в стендапе, существуют целые коммьюнити, где авторы создают материал, пишут и сразу обкатывают его на живых зрителях. Однако я убежден, что наиболее эффективный метод — это погружение в писательский коллектив. Когда ты видишь изнутри, как рождаются шутки, когда сам участвуешь в этом творческом процессе, — это бесценный опыт.

— Расскажите, как шла работа над программой «Такое кино»?

—Когда мы в 2013 году запускали это шоу, нашей задачей была перезагрузка формата киножурнала, существовавшего с 80-х. Для канала ТНТ мы стремились создать нечто более динамичное, острое и смешное. Мы потратили немало времени на поиск той самой магической формулы, которая позволила бы проекту по-настоящему «выстрелить».
Ключевой вызов заключался в переходе от скетча с ведущими к собственно обзору фильма. Возникала масса дилемм: можно ли шутить в закадровом тексте? Следует ли использовать визуальные гэги, резкие склейки, особые приемы монтажа? Должны ли шутки ведущих перекликаться с содержанием обзора? И если да, то это должна быть прямая связь или, наоборот, комический контраст? Поиск окончательного формата занял у нас несколько лет. Если пересмотреть первые сезоны, становится заметно, что стиль еще не устоялся, всё было довольно экспериментально. Кроме того, нам потребовалось время, чтобы собрать команду, способную штамповать такой контент стабильно и качественно. В итоге мы нашли свою уникальную стилистику.

— В каком жанре вам интереснее работать? В чем заключается ваш почерк как режиссера?

—Пожалуй, моя стихия — это комедийный экшен, а режиссерский почерк определяется умением смешивать драму и юмор в правильной пропорции. Мне нравятся быстрые, почти незаметные шутки, которые вбрасывают второстепенные персонажи. В то же время центральный герой часто выдержан в более серьезном, даже драматичном ключе. Иногда комический эффект рождается из самой ситуации, из ее внутренней динамики. Однако это очень тонкая работа, и порой я ловлю себя на том, что перегибаю палку. Начиная новую историю, всегда есть соблазн заставить героя сыпать остроумными репликами. Но это не всегда оправданно. Я останавливаю себя и думаю, как уйти от избыточного комизма, как не превратить диалог в череду каламбуров. Необходимо постоянно держать в голове фигуру зрителя и то, как он воспримет ту или иную шутку.

— Как вы считаете, каждый участник кинопроизводства должен быть узконаправленным специалистом или лучше делать авторские проекты, и выполнять несколько «ролей»?

—Мне кажется, проекты, в которых режиссер является еще и сценаристом, более цельные. По крайней мере, все мои кумиры в режиссуре — Джеймс Кэмерон, Джеймс Ганн, Квентин Тарантино — так или иначе, сами формулируют свои идеи. Возможно, не всегда от первой до последней строчки, но они глубоко погружены в процесс создания текста.
Мне не до конца близка модель чисто продюсерского кинопроизводства, когда сценарий создается одним коллективом авторов, затем дорабатывается продюсерами и режиссером, и только потом начинаются съемки. Я верю, что по-настоящему сильное кино — это авторское кино. Оно обладает большей художественной ценностью. Когда в создании одной ленты участвует слишком много разнонаправленных сил, теряется персональная ответственность, и неясно, кто в конечном счете является главным творцом.